115 лет со дня рождения Героя Советского Союза генерал-майора авиации Николая Алексеевича Острякова

15 мая 2026, Пятница 10:05 Просмотров: 7

17 мая 2026 г. исполняется 115 лет со дня рождения Героя Советского Союза генерал-майора авиации Николая Алексеевича Острякова, в 1941-1942 гг. – командующего Военно-Воздушными Силами Черноморского флота.

Николай Алексеевич Остряков родился 4 (17) мая 1911 г. в Москве. Его отец, Михаил, погиб на фронте в период Первой Мировой войны. В 1921 г. его мать, Мария Тимофеевна, вышла замуж снова – за Алексея Матвеевича Моторина. С 1919 г. по 1926 г. Николай учился в средней школе: увлекался чтением, рисованием, играл на музыкальных инструментах, интересовался техникой. Из воспоминаний М.И. Сабинина, хранящихся в фондовой коллекции Музея-заповедника: «Мы жили в квартире рядом, через парадное. Будучи ещё маленьким ребёнком, он был тихий, спокойный, без тех резких поступков и движений, которые у многих его сверстников встречаются. Самой отличительной чертой его характера было отношение к семье. Он был очень ласков, с подкупающей, приятной улыбкой. Мать и сестра были для него всем. Его чувства были прямы, естественны, почему они так обворожительно и действовали не только в семье, но и на окружающих».

В 1926 г. Николай поступил в слесарную школу при заводе «Красный металлист», где затем остался работать. В марте 1929 г. по призыву комсомола уехал на строительство Турксиба в Казахстан. В октябре вернулся в Москву, окончил курсы шоферов и устроился работать водителем автобуса во 2-й автобусный парк Москвы. Из воспоминаний М. И. Сабинина: «Видя с каким трудом матери приходится добывать средства для воспитания его и сестры, он рано стал работать, чтобы обеспечить материальное положение семьи. Всё, что мог заработать – всё в семье, всё для семьи. Когда же мать вторично вышла замуж, он совершил самый благородный поступок и изменил свое отчество на отчество отчима. Он так расположил отчима к себе, что тот невольно полюбил его и Николай был дорог ему, как родной сын».

В 1932 г. Николай Алексеевич поступил в Центральную лётную школу в Тушино (Москва), после окончания которой работал там же летчиком-инструктором. Освоил полеты на учебном самолете У-2 и перешел на работу в Высшую парашютную школу ОСОАВИАХИМа, стал испытателем парашютов. За год Остряков подготовил 40 инструкторов, 23 руководителя кружков и 350 спортсменов. В школе он много времени уделял разработке методики прыжков и испытанию моделей парашютов, совершил около 100 прыжков из штопора, глубокого виража, из мёртвой петли, со спирали, из пике, на землю и в воду, из различных положений, в дневное и ночное время.

В своих воспоминаниях капитана П. П. Балашов, лётчика, близкого друга, из фондовой коллекции Музея: «У него был не только опыт, у него было то, чего не было у других: он никогда не придерживался шаблона, он изыскивал новые методы, которые сам применял и внедрял, передавал их другим, и создавал известные твердые традиции. Он всегда говорил, что: «В авиации нужно соображать» и это он доказывал это на деле».

Николай Остряков был женат на Анне Владимировне Салтыковой. Они познакомились в 1933 г. в Высшей парашютной школе, где девушка работала секретарём. После гибели мужа окончила курсы медицинских сестёр и до 1946 г. находилась в Действующей армии. В 1934 г. Николаю Острякову постановлением Центрального совета ОСОАВИАХИМа СССР было присвоено звание «Мастер парашютного спорта СССР». В этом же году он прибыл в Киев по приглашению спортивного общества «Динамо» для популяризации парашютного спорта.

С осени 1936 г. в числе летчиков-добровольцев он сражался в Испании. Здесь он проявил себя мужественным и смелым воздушным бойцом. Здесь оставался 10 месяцев и сделал более двух десятков вылетов. Награжден двумя орденами Красного Знамени. С 1937 г. Николай Алексеевич служил на командных должностях в различных частях ВВС ТОФ и ЧФ. С 22 декабря 1937 г. – майор, командир 71-й бомбардировочной авиабригады ВВС ЧФ (Крым). С мая 1939 г. Николая Алексеевича назначили командиром 29-й бомбардировочной авиабригады ВВС ТОФ, затем заместителем командующего. За время службы на Дальнем Востоке он освоил полёты на самолетах МиГ-3 и И-16, учебно-тренировочном УТ-1. Постановлением СНК от 8 июня 1940 г. ему присвоено звание генерал-майора авиации. С ноября 1940 г. по апрель 1941 г. он окончил курсы усовершенствования командного состава при Военно-Морской Академия им. К.Е. Ворошилова в г. Ленинграде. С началом Великой Отечественной войны подал рапорт об отправке в Действующую армию и в конце октября 1941 г. Н.А. Остряков снова был направлен на Черноморский флот, на должность командующего ВВС ЧФ. Из воспоминаний полковника В. Н. Калмыкова, начальника штаба ВВС ЧФ, из фондовой коллекции Музея: «С Николаем Алексеевичем мне довелось работать дважды: до войны в 1939 г. и в период войны, с осени 1941 г. до апреля 1942 г. Как командир он обладал твердой волей, непреклонной решимостью победить, смелостью и инициативой. Те же качества, настойчиво, кропотливо, повседневно он воспитывал у подчиненного ему личного состава воздушных сил основным методом – личным примером. Памятны его слова, что «боевая выучка лётчика на полигоне, в тире, в воздушной зоне, по существу является лишь первой ступенью обучения; отсутствуют важнейшие элементы – противодействие противника и быстро меняющаяся обстановка. Воздушный бой, атака целей в боевых условиях являются второй высшей и завершающей ступенью боевой подготовки».

Н.А. Остряков прибыл в Севастополь в сложное время. Наши войска отошли в город и в распоряжении лётчиков оставались несколько аэродромов в районе Севастополя, но они были в зоне огня противника. Часть сил перебазировались на Черноморское побережье Кавказа. В эти тяжелые дни в полной мере развернулся организаторский талант командующего авиацией ЧФ. За полгода пребывания на этой должности Николай Остряков познакомился с людьми и состоянием самолётов, днём и ночью объезжал объекты авиации Главной базы ЧФ. Под его пристальным руководством расширялись аэродромы, строились капониры для укрытия самолётов, убежища для командных пунктов, личного состава. Имея богатый опыт после войны в Испании, он сразу отметил все характерные ошибки, разрозненность действий в использовании авиации, наладил жёсткое планирование боевых вылетов, дооборудование самолётов, планирование операций на основе разведки, которую он часто проводил лично. Тщательно планировались удары по вражеским аэродромам: налёты выполнялись одновременно или последовательно группами, атаками с разных направлений и высот — эффективность действий авиации Севастопольского оборонительного района выросла, несмотря на сокращение численности. Несмотря на запрет Военного Совета флота на полёты, регулярно производил облёт линии фронта и контролировал работу авиации в воздухе. Лично совершил более 100 боевых вылетов. Он знал своих людей, жил их делами.

Но погиб отважный лётчик на земле. 24 апреля 1942 г. он собирался проверить с воздуха работу нашей авиации на переднем крае противника. Но вылет не состоялся из-за приезда в Севастополь генерал-майора Ф.Г. Коробкова, заместителя командующего ВВС ВМФ СССР, с которым Н. А. Остряков вместе воевал в Испании. В этот же день группа выехала осматривать авиационные мастерские в Круглой бухте. Примерно через полчаса после их приезда на них со стороны моря со снижением прошла группа Ю-87 и отбомбилась прямо по мастерским и ангарам. Оба генерала и часть сопровождавших их офицеров погибли. Из воспоминаний гв. капитана М. В. Авдеева, летчика 8 (6 гв.)-го авиаполка ВВС ЧФ: «Вначале никто не хотел верить этому, вернее, никто не мог представить себе мертвым Николая Алексеевича, которого мы видели час тому назад, как всегда, энергичного, улыбающегося, жизнерадостного, и в глубине души каждый, в том числе и я, надеялись, что, может быть, в этом сообщении какая-то ошибка. И только, увидев своими глазами нашего командующего мертвым, мы поняли всю тяжесть и непоправимость потери. Через день мы хоронили Острякова, Коробкова и всех погибших при этом налете. Провожать на кладбище вышли все, кто мог; я не представлял, как много людей живёт еще в развалинах Севастополя. Когда опускали гроб, стало как-то особенно тихо, замолкли даже немецкие орудия и вдруг орудийные залпы всей береговой и корабельной артиллерии заставили задрожать землю. Это был последний салют командующему авиацией флота, боевому лётчику. Салют не холостыми снарядами, а боевой салют, боевыми снарядами по противнику».

Лётчики были похоронены на Кладбище Коммунаров в Севастополе, рядом с могилой бригадного комиссара М.Г. Степаненко, военкома ВВС ЧФ, погибшего в ноябре 1941 г.
14 июня 1942 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство генерал-майору Николаю Алексеевичу Острякову посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.
Имя Н.А. Острякова навечно занесено в списки личного состава управления авиации Черноморского флота Российской Федерации. На месте его гибели установлена мемориальная доска, а на могиле, на Кладбище Коммунаров в Севастополе, воздвигнут 8-метровый обелиск. На Херсонесском мысу, откуда генерал провожал лётчиков в бой и сам поднимался в небо осаждённого Севастополя, установлен его бюст. В Городе-Герое на проспекте, названном в его честь, на мемориальных плитах у памятника авиаторам-черноморцам высечено его имя. Также его именем названы железнодорожная станция под Симферополем, школы и улицы в Москве и Владивостоке, одна из авиачастей ТОФ, судно Морского Речного Хозяйства России.

В фондовой коллекции Музея героической обороны и освобождения Севастополя представлен большой персональный фонд Н.А. Острякова. Особый интерес представляют несессер с набором всего необходимого на фронте, фото и документы, рассказывающие о разных периодах жизни отважного летчика, парадный мундир и портрет.

И.Г. Беликова, ст. научный сотрудник отдела истории Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.